ХУДОЖНИК ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ ВЕРЕЩАГИН /продолжение 5/

Рубрика Творчество

ЧАСТЬ  II.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ВТОРАЯ ПОЕЗДКА В ТУРКЕСТАН.

***Выставка прошла успешно. Георгиевский крест Верещагин получил прямо с груди генерал-губернатора Туркестана К. П. Кауфмана, внимание на него и его произведения  царь русский обратил, а пресса и общественность его заметила, отметила и приняли. Пока!

Известность в каком-то роде пришла. Появилось ещё больше товарищей, знакомых и пр. А друзей?

Но последуем дальше за героем моего рассказа. И снова в Туркестан.

Гравюра 1889

Верещагин с разрешения Кауфмана выехал в Туркестан сразу после закрытия выставки. Через Ташкент — в Семиреченскую область, где проживали в основном казахи и киргизы.

Военный губернатор этой области Г. А. Колпаковский позаботился о том, чтобы известить местные власти о важном характере миссии Верещагина.

Из центра области, поселения Верный (позже это город Алма-Ата, — Алтаич), Верещагин путешествует по лежащим вдоль реки Чу долинам, где кочуют со своими стадами скотоводы-киргизы.

Затем он поворачивает к живописнейшему озеру Иссык-Куль.

2 Озеро Иссык-Куль вечером 69-70

Эти летние странствия дали темы для выполненных маслом картин «Перекочевка киргизов», «Киргизские кибитки на реке Чу»,

3 Киргизские кибитки на реке Чу. 69-70-min

«Киргиз» (с пикой и саблей у пояса), «Озеро Иссык-Куль вечером».

4

Верещагин теперь более глубоко воспроизводит на полотнах всю прелесть мирной жизни. К концу лета Верещагин, перебравшись на юг Семиречья, работает в приграничной с Китаем полосе, рисует и пишет маслом полуразвалившиеся постройки китайского городка Чугучак.

5 Ворота в Чугучаке 70-min

Октябрь 1869 года застаёт художника в русском укреплённом селении Борохудзир (Голубовская). В очерке «Китайская граница. Набег» Верещагин описал своё участие в, так называемом казаками, «бойком деле».  Командир казачьего полка сообщил из соседней станицы Лепсинской, что, преследуя грабителей, угнавших у него табун лошадей, он перешел границу, настиг банду и не только вернул свой табун, но и прихватил в назидание 20 тысяч голов разного скота. А чтобы отбить у кульджинцев всякое желание когда-либо грабить русские пределы, казачий начальник предлагал борохудзирскому отряду примерно наказать грабителей.

Засидевшиеся офицеры, казаки и пехотинцы были только рады «размяться», что можно сказать и в отношении художника, гостившего в гарнизоне.

 «Хотя лихорадка, — вспоминал Верещагин, — не совсем еще оставила меня, я, конечно, присоединился к экспедиции, в чаянии высмотреть и порисовать в китайских пределах».

Сотня казаков и 60 пехотинцев, прихватив одно орудие, выступило ночью. Набег прошел успешно. В китайском городке близ границы Верещагин обнаружил большую гробницу времён Тамерлана, а в это время русский отряд не разбираясь, бандиты это, не бандиты, силой конфисковали у населения около четырех тысяч голов овец и сразу выступил обратно. Нужно было преодолеть расстояние в 150 вёрст. Их нагнали преследователи, и сражение разгорелось, превратив лихую забаву в смертельно рисковое дело.

«Положение наше начало принимать серьёзный характер: со всех сторон нас обскакивали, облегали, и круг всё стеснялся, всё более и более нажимали на нас. Уже впереди дорога нашего отступления была перерезана. С гиком, визгом, гамом кружили со всех сторон на расстоянии ружейного выстрела тысячи конного народа — видно, успели-таки разослать всюду гонцов оповестить окрестность о нашей малочисленности и созвать охотников душить нас и отбивать скот».

Верещагин врезался верхом на коне в самую гущу схватки. Но и ему достался сильный удар по голове. Спасла бобровая шапка — пика скользнула по ней, не причинив вреда. И всё же художнику пришлось бы несладко, если бы подскакавший вовремя казачий сотник не вывел его из этого пекла.

Укрыться от погони они смогли в небольшой крепости, куда подошёл поручик Эман, ротный командир и уроженец Финляндии, с двадцатью солдатами — они тоже отбили скот, примерно две тысячи голов. Однако оставаться в полуразрушенной цитадели, где трудно обороняться от разъярённого неприятеля, было весьма рискованно, и Эман предложил, пока их не обложили со всех сторон, выступить с угнанным стадом к реке Хоргос, где ранее был оставлен обоз под прикрытием тридцати солдат.

Однако далеко уйти не удалось. Отряд вновь подвёргся атаке, и она была, казалось, сокрушительнее прежней.

«Всё вокруг, — вспоминал Верещагин, — дрогнуло, застонало и, потрясая шашками и копьями, понеслось на нас! Признаюсь, минута была жуткая…». Поручик был сброшен с лошади. Художник, защищая и себя, и его, отстреливался из револьвера от «степняков», отбивался саблей. Оба были на волосок от гибели.

«Как я только не поседел тут!» — признавался позже Верещагин. Обоих спасла случайность — убежавшая лошадь Эмана выскочила прямо на находившихся поблизости солдат. Решив, что их ротный командир убит, те поспешили вперед, дали дружный залп и отогнали противника.

Рейд, в конце концов, завершился благополучно. О его финале, понимая сомнительность всей этой операции, Верещагин пишет с изрядной долей иронии:

— «Прекрасная Елена была разделена, разумею баранов, в данном случае игравших роль красавицы гречанки. Все нижние чины получили по два барана, урядники по пяти, офицеры по 50, начальник отряда — не помню сколько. Остальные тысяч 5–6, вместе с небольшою долею рогатого скота, были, по приказанию военного губернатора, проданы, и вырученные за них деньги приобщены к каким-то казенным суммам.

А пораненные казаки? — Что им делается, поболели да и выздоровели. А изрубленный казак? — Гм! Ну, порубленный-то, конечно, умер, зато похоронили его с честью, всею командою, с музыкою и залпом: на последней демонстрации разряжены были все ружья, оставшиеся заряженными с похода…»

Увы, констатирует художник, солдаты гибнут и в таких операциях, которые с моральной точки зрения следует признать далеко не безупречными. Но доблесть всё же была проявлена, и все участники набега были награждены.

По возвращении в Ташкент Верещагина лично поблагодарил Кауфман.

«Кауфман, сделал мне ручкой и сказал: «Спасибо, спасибо за Эмана».

Пограничные впечатления отразились в рисунках Верещагина «Китайский чиновник племени сибо», «Китаянка», «Китайская палатка», в видах городка Чугучак.

6 Развалины в Чугучаке-min

А моменты боевых схваток, в которых ему довелось участвовать, позднее, словно ожили на полотнах туркестанской серии картин.

Пробыв какое-то время в Ташкенте, Верещагин вновь выезжает в Самарканд. Из-за осады, пережитой в этом городе, ему не удалось поработать в нем так, как хотелось, запечатлеть в эскизах памятники его древней архитектуры. А между тем в голове уже зрели замыслы картин, связанных с древним и недавним прошлым Самарканда, на которых фоном будут служить величественные дворцы и цитадели столицы Тимура Хромого. В Самарканде художник пишет маслом вид его главной улицы с высоты цитадели.

7

«Мавзолей Шах-Зинда», «Медресе Шир-Дар на площади Регистан», вид мавзолея Гур-Эмир. Впрочем, его внимание привлекает не только архитектура, о чем говорит сделанный в городе этюд «Нищие в Самарканде» с фигурами, просящих подаяние, возле крепостной стены. Интерес к теме социальных низов отразили и полотна, написанные в Ташкенте: «Дервиши (дуваны) в праздничных нарядах», «Политики в опиумной лавке», «Хор дервишей, просящих милостыню».

Стремление как можно полнее изучить жизнь Средней Азии приводит Верещагина в Кокандское ханство. Оно считалось формально независимым, но находилось под протекторатом России. Художник прибыл в Коканд как своего рода официальный посланник генерал-губернатора Туркестана. Встретили его с почетом, при въезде в город дали конвой. На постой определили в Ногайском караван-сарае. Яркая и шумная жизнь города чем-то напоминала будни Ташкента и Самарканда, но кое в чем существенно отличалась: в Коканде еще существовало рабство. Облик города, нравы и обычаи его жителей художнику хотелось запечатлеть во всем их своеобразии. Однако его настроение было подпорчено отказом местного правителя Худояр-хана встретиться в заранее оговоренный день: принять гостя ему будто бы помешал «сильный северный ветер». Художник, выполнявший дипломатическую миссию, расценил это как демонстрацию неуважения не только к нему, но и к генерал-губернатору Туркестана, интересы которого он представлял. И хотя в следующие дни за ним неоднократно посылались ханские гонцы, теперь сам посланец генерала Кауфмана не пожелал встречаться с местным правителем. Но пребывание в Коканде всё же не прошло для него бесследно.

9 Кокандский солдат

Верещагин зарисовал в альбомах караван-сарай, входные ворота кокандского дворца, местных солдат и офицеров. Впечатлениями от Коканда навеяна написанная позднее картина «Продажа ребёнка-невольника».

10 с надп Продажа ребёнка 1872-min

Близилась зима, и более задерживаться в Ташкенте художник не намеревался. Он полагал, что собрал в Туркестане достаточно материала для создания большой серии картин. Теперь ему нужны были подходящие условия, чтобы воплотить зреющие в голове замыслы в красочные полотна. Своими планами он поделился с генерал-губернатором и получил его поддержку. Вера Кауфмана в талант художника значительно окрепла после того, как он увидел, что картины Верещагина понравились самому императору.

В Петербург Верещагин возвращался по курьерской подорожной, через Сибирь. Мчались на полозьях так, что иной раз за сутки проезжали 400 вёрст. Не доезжая Омска, художник вместе со своим спутником, генералом Дандевилем, попал в снежный буран. Они заблудились и чуть не замерзли. После Омска художник путешествовал уже один и едва не стал жертвой грабителя, которого ямщик то ли по неосторожности, то ли по сговору подсадил ночью в сани. Подвергшись внезапному нападению бородатого незнакомца, художник не растерялся. «Первою моею мыслью, — писал он в «Листках из записной книжки», — было убить его, но, не решившись брать греха на душу, я, не долго думая, со всего размаха даю ему рукояткою револьвера по физиономии, так что детина летит в снег, а затем… приказываю ударить по лошадям». Переночевав на ближайшей станции, он наутро рассказал смотрителю о дорожном происшествии. И дорожный чиновник, выслушав его историю, подтвердил его догадку: ямщик, вероятно, был заодно с грабителем, и дело могло кончиться плохо.

«Страсть, какой озорной здешний народ!»

В Петербурге чиновники военного ведомства дали планам художника, поддержанным Кауфманом, «зелёный свет». Для их исполнения Верещагину был предоставлен трехгодичный отпуск и назначено содержание — три тысячи рублей в год. Дополнительные средства были выделены на издание «Альбома картин Туркестанского края». Условия для исполнения замыслов были почти идеальные. Оставалось лишь, засучив рукава, взяться за дело.

***Как видите, пока финансовое положение Василия Васильевича Верещагина поддерживалось военным ведомством с «лёгкой руки» и поддержкой генералов, которые знали Верещагина по Туркестану. Но, что дальше?

Об этом мы поговорим в следующих главах и частях моего повествования.

А пока

 

/продолжение следует/

 

 

 Алтаич, с. Алтайское.

11 апреля 2018 года

 

Запись опубликована в рубрике Творчество с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

2 комментария: ХУДОЖНИК ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ ВЕРЕЩАГИН /продолжение 5/

  1. нина говорит:

    Виктор Валентинович, так интересно, что не оторваться, картины восхитительны! Спасибо, и ждем продолжения. Какую интересную жизнь прожил художник, много видел и пережил, современные экстрималы умирают от зависти.

    • Алтаич говорит:

      Жизнь была тяжёлой, но он выбрал её сам. Даже не смотря на то, что против были близкие люди. И всё-таки что-то пока мне непонятно, но это дальше. Времени ещё хватает до его дня рождения.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_bye.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_good.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_negative.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_scratch.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wacko.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yahoo.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cool.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_heart.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_rose.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_smile.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_whistle3.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yes.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cry.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_mail.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_sad.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_unsure.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wink.gif 
 

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.