ХУДОЖНИК ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ ВЕРЕЩАГИН. /продолжение 1/

Рубрика Творчество***Продолжаю рассказ о русском художнике Василии Васильевиче Верещагине. Рассказ о его вступлении во «взрослую» жизнь, хотя, судя по приведённым фактам, дети в то время взрослели рано. А такие люди, как Василий Верещагин, или Николай Константинович Рерих, о котором я писал раньше, быстро преодолевали барьер между детством, юношеством и взрослым осознанным состоянием. И это происходило не только у талантливых и выдающихся в будущем людей, или в среде знатных и богатых «сынков», но и в среде простого многомиллионного населения России, которое и было российским народом.

Может потому что многие не так уж долго жили?

2

ЧАСТЬ I.

ГЛАВА  II.  АКАДЕМИЯ ХУДОЖЕСТВ.

Преград для 18 летнего юноши было много, но несмотря ни на что, даже лишившись наследства,  он поступил в Академию художеств.

2

В. Верещагин — ученик Академии художеств /ок. 1860 года/.

Добрым словом и не раз вспоминал Верещагин директора рисовальной школы Ф. Ф. Львова, который принял участие в его судьбе. Львов представил талантливого юношу вице-президенту академии художеств князю Г. Г. Гагарину. Во время аудиенции князь обещал, что в случае успешной сдачи экзаменов и зачисления в академию, Василию будет дана двухгодичная стипендия в размере двухсот рублей в год.

***Не так уж много, но всё же хоть что-то, если учитывать, что другого дохода студенту Верещагину ждать пока было неоткуда.

Вступительный экзамен по рисунку, состоявшийся в сентябре, он сдал успешно. Ему также были зачтены хорошие оценки, полученные по общеобразовательным предметам при выпуске из Морского корпуса. Так Верещагин стал полноправным студентом высшего художественного учебного заведения России.

На беду многих студентов в это время дела в Академии художеств были далеко не блестящи. Уровень преподавания определяли весьма средние по способностям живописцы, подобные А. Т. Маркову, который, увы, становится первым наставником будущего художника в стенах академии.

— Профессора… почти все… были плохи… Виллевальде, Басин, Марков, Уткин, вельможа Бруни — всё это были чиновники, а не учителя, — вспоминал  Верещагин.

А.Е. Бейдеман  Но благодаря опять же заботам Ф. Ф. Львова к формированию художественных навыков у подававшего большие надежды ученика подключился живописец совсем иного склада — Александр Егорович Бейдеман.

Он сам лишь совсем недавно, в сентябре 1860 года, получил звание «академика по живописи исторической и портретной».

***К слову интересный факт, тем же постановлением Императорской Санкт-Петербургской академии художеств, что и Бейдеман, признан был «академиком по гравированию» Тарас Григорьевич Шевченко.

В начале 1861 года Бейдемана назначили адъюнкт-профессором Академии художеств. Александр Егорович был, бесспорно, талантливым и весьма прогрессивным по взглядам на искусство человеком. Среди его близких друзей и сподвижников были блистательный мастер жанровой живописи Павел Федотов, известный иллюстратор «Мёртвых душ» Александр Агин, художники Лев Жемчужников и Лев Лагорио. Как и Лев Жемчужников, Бейдеман придерживался демократических убеждений. Однажды, проживая вместе в Париже, они на пару исполнили обложку для газеты, печатавшейся Герценом в Лондоне в Вольной русской типографии, — рисунок колокола, звонящего на всю Европу и пробуждающего от апатии Россию. Эскиз послали Герцену, за что удостоились его благодарности. Что ни говори, поступок по тем временам смелый: стань он известен властям, мог бы привести к краху и карьеры, и всех жизненных планов.

Бейдеман, по словам Жемчужникова, был «одарён глубокой душой, умом, громадным воображением и художественной памятью» и настолько владел техникой, «что мог свободно высказать то, что хотел и чувствовал».

И вот этот самый Бейдеман начал в стенах академии заниматься с Верещагиным. Василий Васильевич вполне оценил все его достоинства — как человека, художника и воспитателя. Позднее, завоевав российскую и европейскую славу, он неоднократно отмечал заслуги именно этого наставника в своем художественном развитии, подчеркивая, что Бейдеман повернул его «от сухого академизма к живой действительности».

«Со времени знакомства с Бейдеманом, — вспоминал Верещагин, — я очень много рисовал на улице и прямо с натуры, и еще более на память всё виденное и замеченное; как тут не опошлеть в моих глазах академическому псевдоклассицизму».

А пока, прервав учебу в академии, Верещагин отправился в Париж. Профессору Бейдеману  было предложено расписать фронтон строившейся в Париже русской церкви, а тот, в свою очередь, пригласил талантливого ученика поработать вместе. Ехать впервые в жизни во Францию, да еще для того, чтобы заняться там любимым делом — от такого предложения нельзя отказываться. Одна заминка — дорога не оплачивалась. Пришлось просить о денежной помощи отца и дядю. Оба выделили по сто рублей. Худо-бедно необходимая сумма набралась.

В Париж добирались сначала на пароходе — до Штеттина, а затем поездом через Берлин. Однако по прибытии выяснилось, что Верещагину поработать не удастся. У него обострилось кожное заболевание, начавшееся еще в Петербурге, и врачи рекомендовали подлечиться в курортном местечке в Пиренеях, известном своими целебными источниками. Пришлось отправиться туда. В свободное от процедур время Василий, следуя советам Бейдемана, старался больше рисовать с натуры, набрасывал прямо на улице портреты людей, уличные сценки, зарисовывал здания.

Как-то на него обратил внимание отдыхавший там же французский художник Эжен Девериа, написавший в годы расцвета своего таланта несколько портретов известных во Франции людей. Познакомились. Французский живописец призвал молодого коллегу больше копировать с картин великих мастеров. Верещагин за совет поблагодарил, но ответил, что предпочитает всё же тренировать руку на зарисовках с натуры. Когда они встретились в следующий раз, Девериа внимательно изучил новые рисунки юноши и вынужден был признать:

«Это хорошо, молодой человек, действительно хорошо».

***Не всегда советы более опытных людей могут быть правильными. Но, поблагодарить за совет можно и нужно!

Через несколько месяцев Верещагин вернулся в Петербург и стал навёрстывать отставание в учебной программе. Очередной этап академической учёбы предусматривал исполнение обязательной композиции на заданную тему. Верещагину достался сюжет из «Одиссеи» Гомера — «Избиение женихов Пенелопы». С заданием он справился. Более того, за представленный в конце декабря эскиз с изображением Улисса, расстреливающего из лука претендентов на руку и сердце его супруги, Верещагин удостоился серебряной медали. Эта награда, вспоминал художник, несколько подняла доверие родных, и, прежде всего, матери, к его способностям в области изящных искусств.

***Вот тогда и случилось первый раз такое, о чём следует рассказать, чтобы лучше понять характер художника и его некоторые поступки в будущем.

Весной 1862 года по настоянию Ф. Ф. Львова, продолжавшего следить за успехами Верещагина, он переносил эскиз «Избиения женихов Пенелопы» на большой картон. Для облегчения работы директор рисовальной школы предоставил ему отдельную комнату и трех академических натурщиков. Картон был удостоен похвалы от совета академии. Но тут со стороны Верещагина последовал неожиданный поступок, поразивший и преподавателей академии, и учеников: вскоре после очередного экзамена не удовлетворенный своей работой автор разрезал картон на куски и сжег в печи. На возмущенную реплику Бейдемана,

— Зачем же жечь? Бумага-то не виновата!

Верещагин решительно ответил,

— Да чтобы уж никогда не возвращаться к этой чепухе.

Со временем к нему придёт слава, но и тогда он будет удивлять российское общество своими экстравагантными действиями.

На лето Василий уезжает в Пертовку. Рисует родных, окрестные виды. А затем — вновь учёба, академические задания, целесообразность которых он всё чаще ставит под сомнение. В свободное время он продолжает резать гравюры для издания Жемчужникова «Живописная Украина». Кроме того подвернулась возможность принять участие в иллюстрировании книги «История России в картинках». Посещает, по совету того же Бейдемана,   публичные лекции по истории Н. И. Костомарова.

Зимой 1862/63 года он создает две иллюстрации к произведениям Лермонтова — «Демону» и «Герою нашего времени» — для журнала «Северное сияние».

Княжна Мэри

«Княжна Мэри на прогулке»

Чувствуется, что в мыслях Василия, как и всей российской общественности, всё чаще появляется тема Кавказа. Длительная Кавказская война (1817-1864) волновала всех.

Ещё пара примеров из студенческой жизни молодого художника я просто должен привести в назидание тем, кто много сегодня говорит о тяжёлой, безденежной жизни.

Ради хлеба насущного, приходилось браться за всякую работу, к которой сердце совершенно не лежало. Однажды некий офицер попросил его скрытно исполнить портрет умирающей старушки-матери. А так, как старушка могла заупрямиться и отказаться позировать, Верещагин должен был с ней пообщаться под видом врача. С трудом Василию удалось сохранить инкогнито и то только благодаря сыну-офицеру. Наградой была трёхрублёвая кредитка.

В начале 1863 года Верещагина попробовал себя в области литературного творчества, написав очерк «Из рассказов крестьянина-охотника». По-видимому, с ним  поделился хорошо знакомый ему человек, скорее всего житель Пертовки. Много позже, когда Верещагин уже был известен, как художник, он показал эту свою пробу пера заядлому охотнику И. С. Тургеневу в Париже. Тот дал одобрительный отзыв. Но, тогда, в 1863 году, когда Верещагину нужны были одобрение и гонорар бы не помешал, опубликовать очерк не удалось. Из редакции газеты «Голос», куда Верещагин отнёс его, никаких известий не было. Когда же он вновь заглянул в редакцию, чтобы напомнить о себе, некий «толстый господин» отыскал его рукопись и со словами,

— «Извольте, это такая гадость», — протянул её обескураженному автору.

***Нет сведений, но, думаю, что всё-таки для того чтобы заработать на жизнь, грузчиком или дворником Верещагин не нанимался…

К этому времени Верещагина окончательно начали тяготить рамки академической учёбы, и созрело решение на время расстаться с академией, уехать куда-нибудь подальше и вволю порисовать «на свободе». Ф. Ф. Львов, друг и наставник убеждал, что ему рано ещё пускаться в «свободное плавание», но убедить ученика не смог. Тогда он добился для Верещагина оформление академического, так называемого «творческого» отпуска. Ему даже была выдана официальная справка, в которой говорилось, что ученик российской Академии художеств находится в отпуске с целью поездки на Кавказ. А перед этим Бейдеман знакомит Верещагина пейзажистом Львом Феликсовичем Лагорио, который вновь собирался на Кавказ в свите кавказского наместника, великого князя Михаила Николаевича. Лагорио обещал молодому коллеге оказать помощь в устройстве на месте и порекомендовал сразу же по прибытии разыскать его либо в Тифлисе, либо в Белом Ключе под Тифлисом, где располагалась ставка наместника.

Таким образом, всё сошлось, и Василий Верещагин, которому уже 21 год, засобирался на Кавказ.

 «Надо рисовать жизнь!», — наставлял его учитель А. Е. Бейдеман.

***Вот он и поехал её рисовать.

0

В. В. Верещагин. 1863 год.

 

  /продолжение следует/

 

Алтаич, с. Алтайское

2 апреля 2018 года

Запись опубликована в рубрике Творчество с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Один комментарий: ХУДОЖНИК ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ ВЕРЕЩАГИН. /продолжение 1/

  1. нина говорит:

    Интересно, спасибо, Виктор Валентинович, ждем продолжения.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_bye.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_good.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_negative.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_scratch.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wacko.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yahoo.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cool.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_heart.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_rose.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_smile.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_whistle3.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yes.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cry.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_mail.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_sad.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_unsure.gif 
http://4.b-u-b-lic.com/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wink.gif